Цикл "Психологиня"
Украинская версия
Английская версия
...
Натали смотрела на клиентку со смесью жалости и удивления. Сколько ей лет, любопытно узнать? Что-то около 35? Ближе к 40? Возможно, моложе… Излишняя худоба придает утомленный вид и делает зримо старше.
Натали с трудом сдержала порыв посмотреться в зеркало и убедиться, что она-то сохраняет цветущий вид. Не так часто современному человеку выпадает шанс порадоваться аппетитности собственной фигуры… несмотря на тренд бодипозитивности, по-настоящему красивой все равно считается худая женщина. И не только женщина, полные мужчины тоже проигрывают своим соперникам, атлетически сложенными Аполлонами. Однако когда видишь, к чему может привести стремление к чрезмерному изяществу, начинаешь ценить, что далек от эталонов.
“Нужно запомнить этот довод… и использовать при случае!“ - сделала мысленную зарубку Натали. Комплекс полноты все еще оставался острой проблемой на повестке ее дня, многие клиенты (и особенно клиентки!) переживали, что недостаточно привлекательны… причем привлекательность в их понимании была равносильна худобе. Нелепое убеждение, навязанное обществу модными кутюрье еще в 20 веке. Конечно, на швабру сшить платье куда проще, чем на даму с бюстом и эффектными бедрами!
Она вернулась мыслями к клиентке. Та сидела, ссутулившись, и оттого казалась еще более худощавой. Не просто худой, а истощенной… больной.
Гостья как будто угадала мысли Натали. Криво улыбнулась и сказала с желчным смешком:
-Я не больна, нет. Я… я анорексичка, - она попыталась расправить плечи (безуспешно - мышечного корсета явно не хватало) и печально добавила: - Впервые произношу свой диагноз вслух… звучит пугающе.
-Диагноз кем поставленный? - недовольно спросила Натали. Как и многие эксперты, она не любила, когда профаны смело используют спецальную терминологию, наивно полагая, будто знают истинный смысл тех или иных понятий.
“Профаны, ха! - мысленно фыркнула Натали. - Сама-то ты кто? Лже-экспертка…”
Впрочем, она тотчас отогнала эту мысль, опасаясь, что та отпечатается на ее лице, и клиентка догадается, что пришла на прием к психологу без высшего образования (но зато с огромным практическим опытом!).
-Кем поставлен этот диагноз? - повторила Натали свой вопрос, пытаясь воскресить в памяти имя клиентки. Кажется, Алиса?
-Да всеми вокруг! Все твердят одно и то же, как попугаи, - в голосе Алисы прозвучало раздражение.
-А вы с ними не согласны?
Алиса пожала плечами:
-Не знаю… раньше нет, не соглашалась. Но последнее время все чаще думаю, что в их словах есть доля правды.
Натали кивнула, принимая ее ответ, и задала следующий вопрос:
-И вы хотите это изменить? Я правильно понимаю?
-Ну… пожалуй… - неуверенно протянула Алиса. К ее щекам прилила кровь, придав жизн вытянутому, со впалыми щеками лицу.
-Результата можно добиться только при условии, что вы сами этого хотите, - строго предупредила ее Натали. - Если вы пришли лишь потому, что на этом настояли окружающие, проку не будет.
-Нет-нет, я сама решила прийти! - энергично запротестовала девушка. - Просто… я не знаю, с чего начать. Мне… мне нужна помощь. Теперь я это сознаю.
-Что ж, осознание - всегда первый шаг к исцелению. Тогда начнем! Расскажите мне обо всем как можно подробнее. Рассказывайте так, как вам будет удобно… в любом формате и стиле.
Алиса
Я хорошо помню момент, когда зациклилась на собственном весе. Да, да, помню четко, до мелочей.
Мне было 16. Мы проводили время на даче: я, родители, сестра и брат. Мы часто ездили туда на выходные в теплую пору: сменить обстановку, подышать свежим воздухом, просто расслабиться на природе. Там было все для отличного отдыха: свежие фрукты-ягоды (ешь прямо с куста!), сосновый лес, река… много ли нужно для сиюминутного летнего счастья?
Я наслаждалась и жизнью, и собой, искренне считая, что выгляжу роскошно. Редкий случай, между прочим! Как и все подростки, я постоянно переживала из-за своей наружности, недовольная сотней вещей, начиная от формы носа и заканчивая неидеальным животом. Однако в тот миг я была убеждена в собственной неотразимости. И будем откровенны: девушка 16 лет без явно выраженных недостатков действительно неотразима! Она пленяет аурой юности… которую скоро безвозвратно утратит.
И вот я, овеянная этой аурой, бродила босая по дачным тропинкам, смело обрывая ягодные кусты (я еще могла себе позволить есть, что хочу) и подставляя жаркому солнцу сияющее лицо (никакого SPF крема!). На мне был эффектный красно-зеленый купальник со стразами, - довольно безвкусный, как я понимаю теперь, но тогда он мне жутко нравился. И нравилось, как я выгляжу в нем, столь ярком, столь сверкающем (в буквальном смысле слова). Оказалось, мое мнение не все разделяли…
-Лучше надень другой купальник, - сказала мама, критически изучая мое полунагое тело. Она занималась своим любимым занятием - прополкой. Или чем-то еще таким же скучным, я всегда плохо разбиралась в огородных делах и дачных заботах.
-А что с этим не так? - искренне удивилась я, тоже оглядывая себя. Может, я пропустила пятно или дырку?
-Он очень открытый. В нем заметен твой целлюлит на ногах.
Она так и сказала: на ногах. Не на бедрах или мягкой точке (которая была неплохо видна в этом, признаем, откровенном наряде), а именно ногах.
С тех самых пор я постоянно переживала из-за их недостаточной стройности. Кто-то хочеть похудеть в бедрах, других волнуют “бочка”, а вот я сосредоточилась исключительно на ногах. Ведь у меня, как мне сказали, там сильный целлюлит!
Я не помню, что ответила маме. Помню, что растерялась… и поняла, что не могу доверять собственному мнению о своей наружности. Ведь я искренне не замечала, что мои ноги в столь плачевной форме!
Сейчас я знаю, что целлюлит не равносилен полноте, и худые девушки тоже нередко страдают от этого недостатка (я - лучший тому пример), однако для юной меня “целлюлит на ногах” позвучало как “полные ноги”. Нет, нет, мои ноги не были полными… но они стали таковыми в моем воображении. Увы.
Наверно, стоило бы обидеться на маму и ее слова, но нет, никакой обиды не было. Я испытала лишь боль и унижение. Я, оказывается, толстая!
Поскольку быть толстой мне не хотелось, я решила сесть на диету. Как легко догадаться, так началась моя многолетняя “похудительная эпопея”.
Сначала все шло по известному многим из нас, женщин, сценарию: попытки исключить из рациона условно вредные продукты, бег по утрам, истязания в спортзале… потом заедание стресса ближе к ночи, обильные застолья на праздниках и срывы на вкусности в “критические дни”. Знакомая картина, не правда ли? Почти каждая девушка, старающаяся сбросить вес, сталкивается с чем-то подобным.
Так все и тянулось несколько лет: я то чуть худела, то вновь набирала пару килограммов. Ничего необычного… и ничего похожего на анорексию, конечно. Настоящие проблемы возникли вместе с ними. Таблетками.
Вполне безобидные таблетки, что-то на основе зеленого чая или хитозана. Не путайте их с потенциально опасным Оземпиком для диабетиков, столь популярным сегодня! Максимум, что они могли сделать, это слегка улучшить мое пищеварение или минимально ускорить обменные процессы организма. Но мне было всего лишь 19 или 20… и я поверила в них, в их силу. Поверила, что они мне помогут. А вера, она творит чудеса. Особенно в столь молодом возрасте!
Я за несколько месяцев похудела примерно на 7-8 кг, превратившись из приятно-мягкой студентки-первокурсницы в точеную, худенькую как тростинка девушку. Столь феномональный эффект вызвали не столько таблетки, сколько мое истовое желание помочь им, усилить их воздействие… именно оно, это желание, наконец-то пробудило мою силу воли, мотивировав на здоровый образ жизни.
Я осознала, как сильно похудела, когда примеряла тесные брюки… вернее, некогда тесные брюки, поскольку теперь они буквально сползли с меня. И это не преувеличение, поверьте. Так оно и было.
Я испытала шок и восторг одновременно. О боже, неужели чудо произошло?! Я - худая?! Не может быть!
Я встала на весы (ранее я избегала их). 53 килограмма… отличная цифра с учетом моего роста (около 170 см). Невероятно!
Я ликовала, как никогда в жизни. Наверное, глупо так радоваться из-за подобной ерунды, но для меня стройность значила много, очень много. Я вдруг ощутила себя красивой, желанной… достойной любви и женского счастья.
Радость, увы, продлилась недолго. Вскоре ее сменил страх. Страх снова поправиться, снова стать “толстой” (хотя разве 60 кг - это много?). Я боялась съесть что-нибудь лишнее, и даже вполне “правильная” пища вызывала у меня тревогу.
Как говорится, привет, анорексия! Вот мы с с тобой и повстречались…
Вес продолжал падать, и спустя несколько месяцев я достигла критической отметки в 48 кг (“похорошела”, как думалось мне).. “Ты в порядке?” - все чаще спрашивали меня близкие и друзья… Неудивительно! Ведь я выглядела не изящной, а болезненно худой.
Не знаю, чем бы закончилась история с анорексией, не будь мой организм умнее собственной хозяйки. Мозг решил спасти меня, не позволить умереть от истощения, и просто отключил чувство самоконтроля, при этом утроив аппетит. И если раньше я буквально голодала, то теперь ела почти без остановки и все подряд… до тошноты, до потери человеческого облика, до опьянения. Еда превратилась в наваждение, в наркотик.
Я ненавидела свою слабохарактерность и ела, а на утро просыпалась отекшая и вялая… старалась вновь сесть на диету, ограничить себя по максимуму, иногда успешно… до нового срыва.
Конечно, я в итоге вернула свой прежний вес, да еще и набрала пару дополнительных килограммов.
-У меня булимия, - уверенно заявила я своей подруге.
Та с ужасом посмотрела на меня, глаза ее округлились от удивления:
-Ты… ешь и потом избавляешься от пищи?
Судя по ее лицу, мысль об этом была ей противна. Мне, впрочем, тоже.
-Нет… - категорично возразила я. - До такого я пока не дошла… наверное, слишком брезглива.
-Значит, это не булимия, - с облегчением заключила моя подруга.
Я лишь пожала плечами. Я не видела смысла спорить. Зачем, что это изменит? Мою проблему точно не решит…
В любом случае я была убеждена, что пополнила ряды булимийщиц. Да, последнего этапа не было (никаких два пальца в рот!)... но остальное полностью отвечало сценарию. Это не походило на привычный ночной жор, вызванный стрессом или скукой… это было чем-то животным… замутняющим сознание и рассудок. Я ела не ради удовольствия или успокоения нервов… я ела ради забвения. Жаль, цена “лекарства” была чересчур высока.
Мне потребовался примерно год, чтобы избавиться от опасного синдрома. Думаете, я стала “нормальной”? О нет, я вновь скатилась в анорексию и довела себя до истощения… чем спровоцировала очередной виток булимии.
Так продолжалось по кругу, порочному кругу, вырваться из которого я смогла только лет 7 спустя, когда на горизонте замаячило тридцатилетние.
Помогла, как ни странно, смена профессии. Я наконец-то бросила заниматься опостылевшей менеджерской работой и устроилась в брендиновую компанию графическим дизайнером. Признаться, я давно об этом мечтала.
Новые обязанности требовали максимум усилий, времени и сил, но оно и к лучшему. Я с увлечением и азартом окунулась в незнакомую для меня деятельность… и тем самым излечилась. По крайней мере, мне так казалось.
Нет-нет, я не смогла полностью расслабиться и вести себя, как прочие люди… “нормальные люди”. Я продолжала контролировать питание, подсчитывать калории, ограничивала сладкое и мучное… но все же разница была, и немалая. Еда перестала управлять мною, как раньше. Я наконец-то жила, жила полноценно… иногда счастливо.
А потом началась война.
* * *
-А потом началась война… - повторила Натали, когда Алиса замолчала, завершив свой рассказ.
-Да, - глухо ответила клиентка, опуская взгляд. - И все вернулось… не знаю, почему.
Натали подавила вздох. Лично ей было предельно ясно, почему все вернулось…
-Думаю, вы все же понимаете… причины рецидива, - мягко сказала женщина вслух. - Тем более что излечение не было полным… верно? Скорее, ремиссия.
Она сознательно жонглировала красивыми формулировками: рецидив, ремиссия… это придавало веса ее словам, усиливая их воздействие. Заодно Натали пускала пыль в глаза, подчеркивая, что она - “настоящий психолог”.
Алиса покраснела.
-Да, вы правы, к чему притворяться? - пробормотала она после короткой паузы, на ее щеках медленно таял румянец. - Это не было излечением… неудивительно, что война все воскресила.
-Вот именно, - все тем же спокойным, успокаивающим тоном (выработанным за многие часы консультаций) проговорила Натали. - Война - это стресс, и стресс немалый… как и любой стресс, она пробудила наши хронические проблемы, как физические, так и психологические. У каждого они свои… - женщина помолчала, потом продолжила с более деловыми интонациями: - Когда вы поняли, что ваше состояние вернулось?
Алиса пожала плечами:
-Не знаю. Все произошло как-то само собой.
-Вы начали голодать и не осознали этого? - недоверчиво уточнила Натали. Она бы точно заметила, сократись ее рацион даже слегка.
-Я не начала голодать, - Алиса как будто оскорбилась. - Я и раньше не голодала… просто… не знаю, как объяснить. Меняется меню, вот что!
-Остаются только огурцы и капуста? - Натали с трудом сдержала горький смешок.
-Примерно, - мрачно признала клиентка, криво улыбаясь. - Не только огурцы, конечно… но… да. Мало белка… углеводов… почти нет жиров. Но не могу сказать, что голодаю.
-Вам только так кажется. Вы наполняете желудок зеленью, поэтому не чувствуете голода. Но проку от такой еды не слишком много.
-Да, - вздохнула молодая женщина, сразу погрустнев. - И в итоге я снова чересчур похудела…
-Второй… хм… этап… не наступил? - осведомилась Натали, с трудом подавив импульс усилить фразу коварным “еще”. Да, да, стоило бы сказать “еще не наступил”...
-Вы имеете в виду булимию? - содрогнулась Алиса. Видимо, одна мысль о возвращении этого состояния приводила ее в ужас. - Нет… надеюсь, булимия в прошлом… и… отчасти поэтому я и пришла.
-Это было правильным решением, - уверенно кивнула Натали. - Справиться с анорексией и булимией в одиночку трудно, порою невозможно. Хорошо, что вы это осознали.
Алиса скепитически усмехнулась:
-Ну… не то чтобы осознала… скорее, мне помогли осознать… и убедили прийти… - она нахмурилась и торопливо добавила: - Но именно убедили, не заставили! Так что я тут по своей воле.
-Да, это непременное условие успешного лечения, - согласилась психолог. - А кто именно убедил вас? И какие аргументы использовал?
-Изначально это была идея сестры. Но другие мои близкие родственники… тоже ее поддержали. Какие аргументы? Ну… не знаю… сказали, что я стану более счастливой. Здоровой… что я научусь правильно себя воспринимать… и принимать.
Натали задумчиво склонила голову, размышляя. Заботливые родственники, вот как? Интересно, Алиса сознает, каким колоссальным ресурсом обладает? Скорее всего, нет.
-Ваши близкие не пытались давить на вас? - уточнила она после короткой паузы.
-Давить на меня? - повторила Алиса с удивлением. - Нет, нет, они не такие… ну… сестра была настойчива, но из добрых чувств. Она… волнуется за меня.
-Это много значит… и это редкость, - не без грусти сказала Натали, вспоминая собственных родственников. Увы, им было сугубо наплевать, что просходит в ее жизни. Относительно благополучна, и ладно.
“Видимо, я типичный сапожник без сапог” - мрачно подумала женщина и продолжала вслух:
-Внимательные родственники… неравнодушные люди… это огромная ценность. Не у всех она есть, поверьте моему опыту.
Алиса пожала плечами, явно не вполне убежденная:
-Не знаю, наверное. Мне казалось, так и должно быть.
-Должно… но не всегда бывает, - заверила Натали. Решив не настаивать и пока не развивать эту тему, она попробовала подойти к вопросу с другой стороны: - Хорошо, а если резюмировать: почему лично вам было важно прийти ко мне? Что в итоге сподвигло вас на просьбу о помощи?
Алиса нахмурилась, размышляя:
-Многое… например, мне не 25. После определенного возраста подобные скачки веса плохо отражаются на внешности… кожа, волосы… все страдает.
-Если вы это понимаете, почему настаиваете на худобе? Нет ничего проще, чем набрать пару килограммов. Бывают, конечно, сложные случаи, когда человек реально не может поправиться… однако это явно не про вас.
-Да уж, - хмыкнула клиентка. - Это не обо мне… что касается вашего вопроса…. я не знаю. Я правда не знаю, почему мне так хочется оставаться стройной.
-Не стройной, - покачала головой Натали. - Худой. Никто ведь не просит вас набрать 10 килограмм…. так что речь вовсе не о стройности, а о здоровье.
-Вы правы, - Алиса казалась растерянной. - Умом я это понимаю… но страх потолстеть все равно не исчезает…
-Само слово вас пугает, должно быть. Оно и мне не по нутру. Давайте скажем иначе: вам нужно не потолстеть, а приобрести красивые формы.
-Суть та же, - фыркнула Алиса.
-Возможно, ваш мужчина любит женщин с таким типом фигуры? - предположила психолог. - То есть женщин вообще без фигуры?
Прозвучало безжалостно, но эта безжалостность была хорошо продуманной. Эдакий метод кнута и пряника, любимый в экспертном арсенале Натали. Да, да, иногда приходится проявить жесткость и даже жестокость, чтобы добиться результата…. вот как сейчас. Время пряников придет позднее.
Увы, цели стрела не достигла: Алису нисколько не смутил совершенно прозрачный намек Натали на отсутствие у нее “фигуры”. Клиентка лишь пожала плечами и равнодушно ответила:
-Нет, дело не в мужчине. Я одинока… и я вообще не настроена на… как бы правильнее выразиться? На любовный лад. Такая, знаете, усталость… мне хорошо одной. По крайней мере, сейчас… - она помолчала и не без вызова добавила: - И я знаю, о чем вы думаете! Мне не 18 и даже не 28… времени для любовных игр может не остаться.
-Ничего подобного я не думала, - сурово возразила Натали, ненавидевшая, когда кто-то пытался говорить за нее. Никто не знает ее мыслей, они принадлежат ей одной, и лишь она решает, с кем ими поделиться.
-Я уверена, что все так думают, - упрямо сказала Алиса, смущенная резковатым тоном Натали. - Ну… что мне слишком много лет.
-Вы не телепат и не знаете, о чем думают люди вокруг, - покачала головой психолог. - Вы можете предполагать… не более того.
-То есть вы считаете, что, скажем, в 50 можно найти близкого друга? - недоверчиво фыркнула Алиса. - Любовника?
Натали пожала плечами. Ей самой было 40 с небольшим, 50 уже не за горами… хотелось верить, что даже после пересечения этого пугащего рубежа она сможет оставаться желанной… хотя бы для какой-то категории мужчин. Поэтому ответ на вопрос клиентки был однозначно положительным.
-Да, я уверена, что в любом возрасте можно найти спустника для приятного времяпрепровождения. И не только уверена, я видела много примеров, - твердо произнесла психолог. - Но давайте вернемся к прошлой теме… Итак, мы определили, что вы стремитесь к стройности не ради своего мужчины. Тогда ради кого?
-Ради себя самой. Разве этого мало?
-Этого вполне достаточно. Но разве вы не сможете любить себя, принимать себя в менее идеальной форме? Вернее, форме, которая лишь вам кажется идеальной?
-Выходит, что не смогу… - нахмурилась Алиса. - Не думала об этом… с такой точки зрения.
-Тогда предлагаю подумать об этом, - по губам женщины проскользнула легкая улыбка. - Подумать и обсудить. Кстати, как насчет детей? У вас есть дети?
Алиса недовольно пожала губы и суховато ответила:
-Нет, у меня нет детей. И вряд ли будут… у меня проблемы с репродуктивным здоровьем… и это тоже… последствия анорексии.
Натали едва удержалась от едкого комментария. Подумать только, женщина в кресле напротив лишает себя столь многого ради надуманных идеалов… навязанных обществом стандартов мнимой красоты… ради стремленя походить на истощенных моделей из журналов 90х годов! На одной чаше весов - болезненная худощавость, на другой - вкусная еда, отлиное самочувствие… и даже дети. Стоила ли игра свеч?
На ум пришел сын, Платон. Конечно, их отношения временами непростые… почти всегда непростые… и все же Натали нисколько не жалела, что он есть в ее жизни.
-Вы многое отдали ради своей мечты, - негромко заметила Натали, осторожно подбирая слова. - Не все можно вернуть… но кое-что можно. Почему бы не попробовать? Жизнь расцветет новыми красками, поверьте! Просто нужно расслабиться… и довериться судьбе.
-Что ж… я готова попробовать… именно поэтому я здесь.
-Нам предстоит длительная работа, но мы обязательно справимся, - с наигранным энтузиазмом заверила ее Натали. Она вовсе не была убеждена, что “они справятся”, однако показывать клиентке собственную неуверенность явно не стоило. Наоборот, важно было как следует ее замотивировать, заставить поверить в будущий успех.
Тем более что у нее уже была одна неплохая идея…
Натали
Где-то раз неделю Натали пыталась организовать созвон со своим сыном, Платоном. Именно пыталась - порою ее попытка оставалась просто благим намерением и ни к чему не приводила. И не по ее вине. И даже не по вине войны в оставленной родной Украине.
Причиной был сам Платон. Ну вот не стремился он к общению с матерью! Более того, почти каждый их разговор, даже состоявшись, проходил в весьма натянутой атмосфере. Будучи психологом (пускай и несертифицированным), Натали отчасти сглаживала острые углы и не доводила ситуацию до открытого противостояния, однако неприятный осадок все равно оставался. И это, безусловно, делало следующий созвон с сыном еще более нежеланным для него и проблематичным для нее.
Впрочем, сегодня Натали была настроена решительно. Она заставит его ответить на ее звонок! И приложит все усилия, чтобы обойтись без споров и ссор.
Трудно сказать, почему ей вдруг захотелось всенепременно достучаться до Платона… найти с ним взаимопонимание. Возможно, подействовал эмоциональный рассказ Алисы. Несмотря на многочисленные неудачи, у клиентки было кое-что крайне важное (чего она явно не ценила!). У нее был мощный ресурс - близкие люди, которым небезразлично ее состояние, причем как физическое, так и душевное. Далеко не каждый может похвастаться подобным богатством, пускай и нематериальным.
Вот она, Натали, не имеет такого ресурса. Муж давно остался в прошлом, иные мужчины появляются и исчезают, не играя в ее жизни особой роли. Сыну плевать на нее. Отец, всегдашний союзник, умер несколько лет назад. С матерью тоже не ладится, особенно в последние годы, когда начались конфликты с Платоном: мама, увы, выбирала сторону внука и поддерживала только его, а дочь была не в счет (хотя именно дочь помогала ей финансово).
Что ж… пускай. Пускай. Нет смысла жаловаться на судьбу и ныть, Натали столько раз твердила это клиентам… будет глупо не последовать своим же советам.
Итак, решено! Она позвонит Платону и попробует поговорить с ним как заботливая мать с любящим и любимым сыном.
Чтобы настроиться на беседу, Натали плеснула в бокал вина и постаралась создать интимную атмосферу: погасила верхний свет, зажгла аромасвечи и даже угостилась шоколадом. В иные дни она бы упрекнула себя за слабость (как же, есть сладкое вечером!), но только не сегодня. Чем плохо иметь пышную грудь и аппетитную пятую точку? Мужчины обожают выразительные формы. Главное, не перейти опасную грань и сохранить эффектный изгиб между бедрами и талией. А у нее он, этот изгиб, точно есть. Чего еще желать?
Наконец, она набралась смелости и потянулась за смартфоном. Уже почти ночь, а в Украине еще позднее… Платон вполне может отказаться беседовать с ней, сославшись на усталость. Просто из упрямства, чтобы позлить ее, досадить ей.
Платон ответил на звонок, что само по себе было успехом… ведь ее своенравный сын нередко просто сбивал вызов, а потом уверял, что был жутко занят. Возможно, не врал… Кто знает? Как проверишь?
Что ж… на сей раз он ответил. Уже неплохо!
Столь многообещающее начало подбодрило ее.
-Привет, сынок, - ласково заговорила она. - Как ты?
-Жив, - буркнул он.
Лаконичное “жив” означало, что он, ее сын, по-прежнему находится в воюющей стране… в постоянной опасности… эдакая игра со смертью… рулетка. Повезет или нет?
Можно подумать, это ее вина! Она хотела бы все изменить… но, увы, не в силах.
-Я рада, - все тем же бодрым тоном произнесла Натали, старась не показывать, как ее ранит его нарочитая холодность.
-Ты рада, что я жив? - Платон издал смешок. - Мило с твоей стороны… спасибо! Мы, украинцы, радуемся каждому прожитому дню… это вам, эмигрантам, можно не думать о таких пустяках и расслабиться. Вы-то в безопасности.
Натали скрипнула зубами от досады. Сын как будто упрекал ее в трусости. “Ты-то в безопасности!”
Да, она в безопасности, по крайней мере, пока. Завтра все может измениться… тем не менее, Платон такой привилегии не имеет уже сегодня. Как молодой человек призывного возраста, он не вправе уехать… и она, его мать, не знает, чем ему помочь… и как оправдать собственный побег в Польшу.
-Ты все еще зовешься Натали? - насмешливо продолжал Платон. Он явно был не в духе и старался сорвать паршивое настроение на ней, своей горе-родительнице. - Натали Валедо?
-Да, зовусь, - сухо отозвалась она и, не сдержавшись, добавила: - Ну и что?
-А то, что ты никакая не Натали Валедо, а Наташа Валеденко. К чему вранье?
-Никакого вранья, - холодно возразила Натали. Держать себя в руках становилось все сложнее. - По паспорту я по-прежнему Наталья Валеденко.
-По паспорту! - презрительно фыркнул парень. - Кто его видит, твой паспорт?
-Кто нужно, видит, - парировала Натали, защищаясь. - Клиентам я представляюсь своим псевдонимом. Иметь псевдоним вполне нормально.
-Нормально… если ты писатель или актер, - не согласился с ее логикой сын. - Не для психологов… хотя ты и тут соврала.
У нее горле как будто застрял раскаленный комок, мешая дышать. Самые близкие люди ранят больнее всего… Что ж, они прекрасно знают, в какую точку бить.
-Ладно, сменим тему, - вновь заговорила Натали. Она все еще пыталась сохранять дружелюбный тон. - Как бабушка?
-Ты имеешь в виду свою мать? - уточнил Платон не без издевки.
Натали закатила глаза… благо, звонок был без видеосвязи, и видеть ее Платон не мог.
-Разумеется, я имею в виду свою мать и твою бабушку.. МОЯ бабушка уже давно не с нами.
-Ну-ну, - хмыкнул молодой человек. - Бабуля в порядке, спасибо. Если не считать войну, конечно. Все эти тревоги… для пожилого человека это чересчур.
Натали поджала губы. Ну вот, опять! Как будто она не пыталась убедить свою мать переехать к ней сюда, в Польшу!
-Ты же знаешь, она не хочет уезжать из Украины, - устало сказала Натали после паузы.
“Не хочет покидать тебя” - стоило бы добавить, но она сдержалась. Зачем? Платон наверняка решит, будто она упрекает его в чем-то…
-Ну, так убеди ее, - недовольно произнес сын. - Ты же типа “психолог”.
Последняя фраза прозвучала с нескрываемым отвращением, Платон буквально выплюнул ее.
“Наверное, скривился” - печально подумала Натали.
-Даже психологам не все под силу, - не без грусти заметила она.
-Особенно если ты психолог не совсем настоящий! Верно?
Она пожала плечами.
-Ты жесток. И несправедлив.
-Я не жесток, я просто искренен, - возмущенно заспорил парень. - И вполне справедлив. У тебя нет ученой степени, ты самоучка. Закончила какие-то курсы… тренинги… и пытаешься лечить людей. Разве это правильно?
-Ты говоришь так, словно я хирург, - с болью сказала женщина. - А я всего лишь психолог.
-Всего лишь? Ты не режешь людей, как хирург, спасибо на этом… но ты чинишь их души… пытаешься чинить, по крайней мере.
-Я думала, ты атеист и не веришь в существование души, - не удержалась от комментария Натали… и тотчас пожалела об этом. Платон сразу вспыхнул как солома:
-Ты понимаешь, что я имею в виду! - он помолчал и после короткой паузы добавил: - И вообще, я устал. Поздно уже… буду спать. Завтра снова рабочий день.
-Да, хорошо… - со вздохом пробормотала Натали в ответ. Аргумент с работой, да еще и “с утра пораньше”, всегда действовал безотказно. Работа есть работа. С ней не поспоришь!
-Чем занимаешься… по работе? - женщина постаралась вернуть голосу прежние мягкие интонации. - Над какой задачей трудишься?
Платон не так давно пополнил ряды IT экспертов и теперь набирался опыта, берясь за разные фриланс-проекты.
-Ты шутишь, наверное? - язвительно спросил парень. - Ты правда думаешь, что я смогу тебе объяснить, чем именно занимаюсь?
Натали забавляла эта гордыня IT разработчиков, воображавших себя властелинами мира. И ее сын не стал исключением… что ж, тем лучше. Пускай гордится собой, тем более что есть есть.
-Ну, если тебе на самом деле интересна моя работа, то пожалуйста, вот! - с издевкой сказал Платон. - Я участвую в бекенд-разработке софта в сфере медицины. Для помощи диабетикам… отслеживать показания сахара в крови и все такое.
Натали натянуто рассмеялась:
-Ты прав, из всего, что ты сказал, я поняла только про диабетиков. Звучит серьезно.
-Это действительно серьезно. Поэтому, может, позволишь мне пойти спать? Я реально без сил.
-Конечно, сынок. Спокойной ночи, - с фальшивой бодростью попрощалась она.
-Будем надеяться, что она и правда будет спокойной… - проворчал парень. - Без сюрпризов от соседей по стране…
После этих слов он просто отключился. Что ж… могло быть хуже.
Натали отложила телефон и, откинувшись на спинку кресла, утомленно закрыла глаза. Разговор с сыном вымотал ее до предела… как и обычно.
Когда все сломалось в их отношениях? Они ведь не всегда общались вот так… на грани конфликта. Были и счастливые, спокойные времена в их семейной истории!
-Вот оно! - пробормотала себе под нос женщина и со вздохом выпрямилась.. - Семейная история…
Да, да, у их семьи непростая судьба. Непростая история. И главный отрицательный герой этой истории - бывший муж и нерадивый отец… Павел. Он покинул их, когда сыну едва стукнуло 16, и с тех пор практически прекратил с ним любые контакты. Хотя, видит Бог (и не только Бог), Платон очень старался сблизиться с родителем, привлечь его внимание. Бесполезно! Тот не отталкивал его открыто, но взаимностью не отвечал, сохраняя дистанцию… как физически, так и эмоциально.
Платон винил свою мать в этой холодности. Почему она позволила ему уйти? Почему не сохранила семью ради сына? А если уж развод оказался неминуем, почему не объяснила, что статус экс-мужа вовсе не означает статуса “экс-отца” и не отменяет родительских обязанностей?
Но она психолог, а не воспитатель! Не в ее силах изменить человека. Павел такой, какой он есть… увы. Будь он иным, они бы не расстались.
К сожалению, Платон видел ситуацию не так… и Натали никак не удавалось втолковать ему, что жизнь сложнее, чем книжный роман. Остается надеяться, что, собственный опыт станет для мальчишки более талантливым учителем.
Ладно, хватит думать о плохом! Пора готовиться ко сну… Как справедливо заметил Платон, завтра новый день и новые заботы.
* * *
Четверть часа спустя Натали лежала в своей ванной, доверху наполненной горячей водой и покрытой ароматной пенной шапкой. В руках у нее был бокал с вином… редкая роскошь, которую женщина позволяла себе лишь в особенно эмоционально сложные вечера. Вот как сегодня…
Натали с легким вздохом пригубила напиток (вкусно!) и утомленно смежила веки. Ее клонило в сон.
Эх, сынок, сынок… Платон… почему ты такой? Что сделало тебя столь строптивым… непримиримым по отношению к ней, родной матери?
Нет уж, хватит думать о нем. Лучше переключиться на что-нибудь другое… например, на весьма интересную клиентку, посетившую сегодня ее кабинет.
Алиса… Сложный случай! Сложный… и мнообещающий. Натали очень хотелось помочь бедняжке, и не только из человеколюбия. Главным образом она жаждала доказать и себе, и сыну, что образование не играет ключевой роли в работе психолога. Опыт, навыки, вот что имеет первостепенное значение!
Итак, Алиса. Судя по всему, ее проблема - в неумении принимать себя, ценить за внутренние качества… и потому она цепляется за внешние. За свое искаженное восприятие канонов красоты.
Значит, стратегия совершенно ясна. Нужно обучить Алису искусству самоуважения - того уважения, которое базируется на истинно важных вещах… не на сантиметрах и килограммах.
Легко на словах… сложнее в реализации. Предстоит много часов разговоров… обсуждений… даже убеждений. Удастся ли ей найти правильный подход к Алисе? Так сказать, подобрать к ней ключик?
-Что ж… будем пробовать… - сонно пробормотала Натали, делая еще один глоток вина и с наслаждением причмокивая.
И ведь это лишь половина проблемы! Гораздо хуже, что Алиса панически боится еды. Нормальной еды. Никто не предлагает постоянно питаться в МакДональдсе, но зачем на веки-вечные отказываться от шаурмы, пиццы и бургеров? Слишком кардинальное решение… с плохими последствиями, как доказывает пример Алисы (один из многих).
Значит, задача номер два - снизить ее страх еды. И Натали кое-что придумала… могло не сработать, но попробовать однозначно стоило.
Идея была проста. Вместо привычных и скучных сеансов психотерапии они будут устраивать своеобразные бранчи. Начнут с “нестрашной” еды… скажем, тосты с авокадо и ломтиками помидора. Позднее она попробует включить в меню более “опасные” продукты: сыр, ветчину, сливочное масло… так и до десертов дойдут.
Конечно, еда - лишь фон… главными останутся беседы, общение на тему красоты, здоровья и самовосприятия. Но фон тоже имеет значение… особенно фон такого рода.
Остается уговорить Алису испытать эту стратегию на практике. Пусть убедится, что кусочек пиццы время от времени не превратит ее в некое свиноподобное существо, чего она, видимо, боится. Страх постепенно уйдет, а с ним уйдет и проблема.
По крайней мере, Натали на это очень рассчитывала.
* * *
Это был тот редкий день, когда все идет по плану, все получается. Редкий… и потому особенно счастливый.
Хороших новостей было немало. Например, Алиса согласилась совместить сеансы психотерапии с бранчами, что само по себе было победой. Вполне вероятно, потом она пожалеет о своем решении и пойдет на попятную, но это проблема завтрашнего дня… не сегодняшнего. Нет смысла заранее переживать о том, что еще не произошло… и, возможно, не произойдет.
-Все просто отлично! - мурлыкала Натали себе под нос, прихорашиваясь у зеркала и превращаясь из “профессионального психолога” в “изысканную женщину”. Общаясь с клиентами, нужно выглядеть серьезной и солидной, а вот ужин в кафе неподалеку дает повод принарядиться. Почему бы и нет?
После столь плодотворного, насыщенного дня она имеет полное право расслабиться и насладиться вкусным ужином в хорошем ресторане. И сделает это непременно! Увы, большинство сеансов приходится проводить онлайн (Алиса - редкое исключение), тогда как ей нужно живое общение, живые эмоции… и яркие впечатления.
- Неплохо… весьма неплохо! - протянула Натали спустя четверть часа, критично оценивая результат своих стараний.
Из зеркала на нее смотрела моложавая зеленоглазая шатенка с мраморно-белой кожей, длинным каре и пышной челкой, скрывавшей первые морщинки на лбу и пока прекрасно заменявшей ботокс. Невероятно женственная фигура напоминала песочные часы: крутые бедра (излишне массивные), пышная грудь, да и талия есть (пускай и далекая от идеалов манекенщиц). Сочное тело, желанное тело, чьи выразительные изгибы ненавязчиво подчеркнуло приталенное платье. Эдакий неброский французский шик… ничего лишнего, ничего чрезмерного.
Пожалуй, Натали действительно напоминала парижанку своим непритязательным шармом… и знала об этом. Не только знала, но и охотно развивала в себе легкую “французскость”.
Что ни говори, а день удался! И весь секрет - в правильном старте. Причем благодарить стоило Платона… как ни странно. Ведь именно сын организовал для нее приятный сюрприз нынче утром.
Этим сюрпризом было неожиданное появление курьера, прервавшее ее завтрак..
-Пани Валеденко? - учтиво спросил курьер по-польски и, получив утвердительный ответ, вручил Натали небольшую коробку.
Внутри, среди вороха бумаги, прятался изящный флакончик духов. И не просто духов! Это был ее любимый аромат… Chanel N°5.
Духи сопровождала лаконичная записка.
“Ма! Я пропустил твой день рождения (прости, забыл!). Но, помнится, в этом месяце день психолога. Так что вот… подарок по случаю. Ну или без… короче поздравляю! Выпей за нас с бабулей пару глотков вина. Платон”
Натали прижала записку к груди и на миг зажмурилась. Послание сына, пускай и грубовато изложенное, значило для нее больше, гораздо больше, чем сам подарок… Еще бы, ведь Платон поздравил ее с днем психолога! Психолога! Неужели он все же признает ее право на эту профессию? По крайней мере, она восприняла его слова именно так.
Впрочем, и подарок хорош! Духи-то недешевые… а Платон не из тех, кто легко сорит деньгами… да и нечем ему особенно сорить. Он, конечно, айтишник, но айтишник начинающий… Назвать его богатым будет преждевременно.
-Спасибо… - пробормотала Натали, вздыхая. - Спасибо…
Она отправила ему короткое сообщение, благодаря… и не ожидая ответа. Его и не последовало. Платон не был сентиментальным, особенно с ней, матерью.
Ну и пусть! Важно, что он подумал о ней, нашел подарок… организовал отправку в Польшу. И этим задал настроение на весь день. И не только день!
-Все будет хорошо, - сказала вслух Натали, обращаясь к своему отражению, и улыбнулась. Зеркальная шатенка ответила ей такой же уверенной улыбкой. - Все будет хорошо…
Да, будет. Ведь главное - правильно настроить себя. Ей ли этого не знать?
